Последние сутки на работе выдались особенно тяжкими. За плечами — годы бесконечных вызовов, ночных дежурств, чужих криков и тишины, которая наступала после. Тело просило покоя, а душа — просто забыться. Но уйти сразу не выходило: нужно было передать дела новичку, показать ему, как выживать в этом безумии.
Новичок, молодой парень с горящими глазами, смотрел на всё с неприкрытым интересом. Ему ещё предстояло понять, что за каждым сигналом сирены скрывается чья-то сломанная жизнь. Парамедик вёл его от вызова к вызову, объясняя на ходу: вот здесь важно не поддаться панике, тут — проверить пульс, даже если кажется, что уже поздно. Говорил спокойно, почти монотонно, но за каждым словом стояла усталость, которая копилась годами.
К утру силы были на исходе. Последний вызов — ДТП на окраине города. Разбитая машина, запах бензина и тихий стон за рулём. Парамедик действовал автоматически, его руки помнили каждое движение. А новичок, бледный, но собранный, помогал как мог. Когда пострадавшего погрузили в машину, старший кивнул младшему: "Справишься. Главное — не торопись думать за других. Думай за себя".
На обратном пути в базу парамедик смотрел в окно на пустеющие улицы. Он почти не чувствовал облегчения — только пустоту, которая медленно заполняла его изнутри. Передал документы, отдал ключи от машины. "Удачи", — сказал на прощание, и это прозвучало как что-то очень далёкое, почти чужое.
Вышел на улицу уже на рассвете. Впервые за много лет у него не было смены через несколько часов. Он шёл медленно, не зная, куда и зачем. Просто шёл, оставляя позади годы сирен, крови и чужих страданий. Впереди была тишина — пугающая и долгожданная.
